Братья Карамазовы

«А не замахнуться ли нам, друзья мои, на Вильяма, понимаете, нашего Шекспира?» — Эмиль Брагинский, «Берегись автомобиля».

Смешно и наивно, наверное, мне писать о книге Федора Михайловича нашего Достоевского после того, как все творчество и самую жизнь которого до самой последней малости любовно изучили, вдумчиво упорядочили и подробно разъяснили литературные исследователи. И какие — серьезнейшие знатоки, именитые или сделавшие имя этими своими исследованиями. Вольно же мне, не дочитавшему еще и этой одной книги, в восторженной экзальтации вторгнуться в столь высокоученое сообщество, именно что «замахнуться». Впрочем, в отзыве моем есть только то, что сам я в книге нашел, увидел и приобрел. Для других скажу: не более того, но для себя — и в этом главная ценность — скажу, что и не менее того. Суждение же это много больше говорит обо мне, чем о предмете, о котором другими сказано больше, шире и глубже.

Наблюдаемая нами биография Федора Павловича Карамазова вздорна и противоречива. Фактическая сторона ее вызовет у постороннего наблюдателя лишь одну оценку: сумасброд. Ибо — не убежденный подлец и часто действует себе самому во вред, не дурак и рассуждениях своих забирается туда, где «не рискует сломать голову лишь очень образованный человек». И не холодный циник, ибо жизнь свою превратил в прикладное решение вопроса существования Бога. Это Прометей, который пошел против Бога и, стоя во весь рост, ждет карающего удара свыше. И он вызывал бы восхищение, если бы проявления его бунта не были столь неприятны — до мерзости, до отвращения.

Чтобы распутать этот клубок, автор разделил его на первоэлементы и сосредоточил их в сыновьях Федора Павловича. Получилось три очень чистых характера, в кристальности которых вся лабиринтность человеческой натуры проясняется по всех подробностях. Нельзя сказать, что характеры эти однобоки, нет — всем им свойственна отцовская душевная организация — но разделить их можно: и рассудительного Ивана Федоровича и беспокойного Дмитрия Федоровича, и тихого Алексей Федоровича. Разделить как раз по примату одного из выведенных автором элементалей человеческой сути — Ума, Сердца и Души. «Собрать все четыре характера и увидеть в них всю русскую душу» предлагает нам Федор Михайлович и это удается, ох как удается…

Три души, три поля боя, три битвы Света c Тьмой, Бога с Дьяволом…

В уме рационалиста Ивана Федоровича идет принципиальный спор о существовании Бога. «Коль Бога нет, то все дозволено?» А если дозволено не все — стало быть, и Бог есть? Или… ? Возведенный в абсолют рационализм делает грань все тоньше и острей, она режет разум и может довести до безумия, даже убить. Собственно, и убивает. Но останавливаться на полпути бросивший вызов небу не станет.

Дмитрия Федоровича абсолютные истины не волнуют совершенно и, в отличие от брата, он живет внутри себя, своими чувствами, своей правотой и сам для себя является «мерой всех вещей» в мире. «Две бездны» умещаются в его сердце, кипят страсти, низвергается и возрождается нравственность. Самый подлый преступник и самый строгий судья в одном лице ведут извечный спор свой. Все безумства Дмитрия Федоровича — лишь слабый отсвет сжигаемых святынь и слабый отзвук Страшного суда. Никакое преступление уж не шокирует ниспровергателя нравственности и никакое осуждение не устрашит его. Его даже не интересует результат — себя самого он судит уже за намерения. А в намерениях своих он жесток. Чтобы спасти командира от растраты, он предлагает деньги с тем, однако, чтобы за ними непременно пришла дочь его. Ситуация, заметим, предельно ясная. Но когда бедная девушка, согласная на все, приходит к нему — добровольно, через унижение — ее встречает благородный рыцарь, который бескорыстно отдает свои последние деньги, спасая командира своего от бесчестья. Не результат его интересует, не результат — а лишь намерение. Дьявол сказал свое слово и ушел — пришел черед карающего Бога. И так — всегда, ежесекундно, прорываясь наружу дикими выходками и исступленными покаяниями.

В душе же Алексей Федоровича, Алеши Карамазова творится совершенно иное. Послушник в монастыре, всеми силами своими обращенный к Богу, он тоже стремится к абсолютному познанию. И, когда в смерти духовного наставника своего, в святости и нетленности которого уже давно уверился и не мыслил ничего иного, он наблюдает «постыдно» поспешное тление, «упреждающее природу», почва уходит у него из-под ног. Дополнившая картину мелочная суетность вокруг «пропахшего» покойника, со всеми мелкими дрязгами, смущением святых отцов и ехидным торжеством иноков «другого пути» окончательно добила бедного юношу и он покидает монастырь, чтобы разобраться в себе и в мире. Написанный приглушенными полутонами образ искренней, неосуждающей добродетели, к которой тянутся все окружающие за принятием и примирением, меж тем тоже носит в себе неустранимое противоречие. Имея восприимчивость к тончайшим стрункам души окружающих, он и в своей слышит много больше того, чем может принять, и осознание недостойности своей выбранному пути делает его глубоко несчастным.

Разные они, но вопреки всем различиям они братья, а вместе с отцом — они все Карамазовы. И все «карамазовское», что показывает нам Федор Михайлович — суть всего русского. Расчетливость Ивана, метания Дмитрия и созерцательная трагичность Алексея — это все он, Федор Павлович, запутавшийся как в трех соснах в трех элементалях, ни одному из которых он не хочет отдать предпочтения за счет остальных. Все в нем есть — и Сердце, и Ум, и Душа, нет лишь чувства меры. В этом-то, наверное, и заключается суть русского характера, величайшим из исследователей которого признан Достоевский. «Русский» это не кровь, это — культура. Единение и конфликт Сердца, Ума и Души. Предельное, доведенное до абсолюта. И именно таким русским был сам Федор Михайлович Достоевский. Последним русским, возможно — единственным.

И — да, написана книга тем самым русским языком, который только и можно назвать великим и могучим. Завораживающая плавность, изящество и щедрость на грани расточительности, полноводность — восхищает и подает пример для подражания. Впрочем, наверное это уже заметно.

Отмечено

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s